крушение поезда
Название: Страдания автора по спецквесту
Автор: крушение поезда
Бета: мисс Дженни Рен
Задание: Ничто так не сокращает дорогу, как катастрофа. Уршула Зыбура
Каноны: «Доктор Кто», «Титаник»; «Форсаж 5», О. Панкеева «Хроники странного королевства»; «Космобиолухи» (цикл книг), «Звездные войны» (оригинальная трилогия); «Белый воротничок», «Двенадцать стульев»; «Семнадцать мгновений весны», «Первый мститель»; «Kingsman: Секретная служба», «Агенты А.Н.К.Л.»; упоминаются еще несколько
Размер: миди, 4540 слов
Пейринг/Персонажи: Автор, Доктор, Джек Доусон (Титаник), Роуз Дьюитт Бьюкейтер (Титаник), экипаж «Космического Мозгоеда», повстанцы («Звездные войны»), Нил Кэффри, Остап Бендер, И.М. «Киса» Воробьянинов, Штирлиц, Гэри «Эггзи» Анвин, Роксана Мортон, Илья Курякин, Наполеон Соло, Габи Теллер; упоминается еще ряд персонажей
Категория: джен, гет, слэш
Жанр: злобный автор, драма (для автора), разнообразные приключения, катастрофы и страдания (для попавших автору под руку персонажей)
Рейтинг: G—PG-13
Краткое содержание: Попытки автора написать фанфик на спецквест, вместе с результатами этих попыток, разной степени успешности
Примечание/Предупреждения: Исторические несоответствия и научные ляпы. Каноны пересекаются попарно, а не все вместе. Все драбблы, сочиненные в процессе, выложены отдельно после текста



— Спецквест, спецквест, — нервно грызет ручку автор. — «Катастрофа», «сокращает дорогу». Что может быть катастрофой? Ну, например, крушение. И где у нас было крушение? О! — автор хихикает. — В «Докторе» «Титаник» врезался в ТАРДИС! Жалко, что это канон. — Он задумывается. — Ну а пусть настоящий врежется, Доктор спасет Джека и Роуз и высадит в Америке, вот тебе и «сокращает дорогу». Ну-ка, ну-ка…



Мощный удар сотрясает ТАРДИС, завывают сирены, и, пробивая стену, в рубку вонзается нос корабля с надписью «Титаник».

— Что, опять? — возмущенно вопит Доктор.

За бортом — 1912 год, и «Титаник» — тот самый, настоящий. Доктор не может спасти всех, да он и не пытается, гибель «Титаника» — фиксированная точка, но молодая пара, которую заносит в ТАРДИС вместе с потоком воды, так отчаянно благодарна и так безнадежно влюблена.




— Так, — бормочет автор, — Роуз есть в списках спасенных, значит, ее надо высадить на «Карпатии», но как это сделать незаметно? Ну, можно в порту, пусть смешается с пассажирами. Нет, там же все посчитаны, кто в какой шлюпке был, не получается. Черт.

Расстроенный автор откладывает блокнот и стучит ручкой по зубам.

— А зачем Роуз выживать? — осеняет его. — Что случится, если ее посчитают погибшей? Она была в экспедиции, когда «Титаник» искали — ну и ладно, кого-нибудь другого возьмут. Еще у нее дети были, но кто сказал, что они не от Джека? Он мог имя сменить. О, точно! — Автор склоняется над блокнотом.



Джека нет в списках пассажиров, а Роуз не оставила следа в истории человечества. Доктор предупреждает их все равно.

— Тебе придется сменить имя, — говорит он Роуз.

— Да, Доктор, — кивает она.

— Вы никому не сможете рассказать правду, даже собственным детям.

— Да, Доктор, — хором отвечают они, держась за руки и счастливо улыбаясь. Доктор уверен, что его предупреждения они пропустили мимо ушей.

— Влюбленные! — фыркает он.




— А где их потом высадить? — задумывается автор. — Ну, пусть в Айове. И они там встретят ту парочку из «Далекой страны», как их там, — он лезет в «Википедию», — ага, Джо и Шеннон. Только они в Айдахо поселились. Пусть будет Айдахо, какая разница. Год там был 1893, всего двадцать лет прошло, они определенно еще живы. Шеннон открыла школу, Роуз может работать там учительницей, а Джо принадлежит какая-нибудь фирма, они уважаемые люди, первопоселенцы.

Автор снова открывает «Википедию» — английскую часть — в поисках места, где в начале двадцатого века могли жить и работать герои. Вынырнув из интернета через полчаса, он бурчит расстроено:

— В этом Айдахо вообще ничего не происходило! Ладно, пусть без второго кроссовера. А какая была идея! — вздыхает он, кисло смотрит на недописанный фанфик и окончательно теряет к нему интерес*.

— Так, что у нас там еще с крушениями? Вот в пятом «Форсаже» Доминик и Брайан слетели со скалы и упали в озеро. А если бы там не было воды? Не смотрели же они Гуггл мапс. Или там может быть много воды, например, в сезон дождей, а летом все пересыхает и остается жалкий ручеек. А пересечь с Панкеевой — у Мафея и Саши родился сын, подрос и принялся, как папа, таскать переселенцев. Нет, он же двоих сразу не спасет. Ну, пусть и детей будет двое, мальчик и девочка, у мальчика будут эльфийские глаза, а у девочки волосы серебристые, а глаза мамины. Или лучше наоборот, пусть девочка будет похожа на папу, ей нужнее.



Впереди обрыв, и сделать уже ничего нельзя, только выпрыгнуть из машины и надеяться, что в ущелье окажется достаточно воды — река там точно есть, Брайан видел на карте. Шансов, вообще говоря, мало, засуха нынче в самом разгаре. Жить им, возможно, осталось несколько секунд, и он решается — хватает Доминика за шею и дергает на себя.

Поцелуй выходит отчаянным и неуклюжим, машина уже переваливается через край обрыва, и они стукаются лбами, носами, зубами, Брайану плевать, потому что Дом отвечает, и это лучший поцелуй в его жизни, и вовсе не потому, что последний. Они вылезают на капот падающего Корвета и прыгают, держась за руки. Жалкий ручеек сверкает внизу среди приближающихся камней.

До камней они не долетают.

Брайана что-то резко дергает в сторону-вверх-вниз-из тела, в его руке вместо пальцев Доминика — маленькая детская ладошка, и ослепительное солнце Бразилии вдруг сменяется неестественным желтоватым светом. Инерция несет его вперед, на девочку лет десяти с перепуганными огромными глазами без белков. Девочка исчезает с его пути, растворившись в пушистом сером облачке, и он врезается в стену — не в стенку ущелья, в нормальную, затянутую разноцветной тканью стену комнаты.

В глазах темнеет от боли, он слышит омерзительный хруст ломающихся костей и полный боли стон рядом. Брайан еще успевает обрадоваться — Дом здесь, Дом жив — и теряет сознание.

На площадке Центральной башни Ортанского королевского дворца вываливаются из телепортов два маленьких волшебника.




— Блин, а как их назвать-то? Девочку, например, Роанна, как маму Мафея… нет, Роанной зовут дочку Кантора. Оливия? А Саша не обидится, что он дочь в честь бывшей девушки назвал? Ладно, пусть будет Оливия, все таки первая любовь, трагически погибшая. А мальчик? Дэн, как Сашин отец? Дурацкое имя для принца. Дэниэл? Тоже не звучит. Ну не Толик же. Таэль-Глеанн? Еще хуже. Хоулиан? Боже, нет! — смеется автор. — Элмар этого не переживет. А вот же ж у Мафея еще братья погибли! Кендар и Деимар тоже уже заняты, да и вряд ли он был так уж с ними близок. О! Аллеар! И звучит красиво — Аллеар и Оливия!



Принцесса Оливия поправляет растрепавшуюся черную косу дрожащими пальцами и забирается на парапет рядом с братом, привычно придерживая длинную юбку. Аллеар косится на нее из под серебристой челки узкими щелочками глаз — если б не эльфийские волосы, юный принц был бы копией мамы.

Близнецам не нужно ничего говорить вслух, они и так друг друга понимают. Взрослые даже думают, что они умеют читать мысли. Не умеют, но никого не разубеждают. Придворные так смешно пугаются, если уставиться на них пристально, даже маминой способности нагонять страх не надо — какие шархийские ментальные таланты им достались, они еще не знают.

«Что теперь делать?»

«Придется звать папу»

«Мама нас убьет!»

«Они же еще живы. И их надо лечить», — безмолвный «разговор» занимает пару секунд.

Юные шкодники одновременно вздыхают, Оливия очерчивает телепорт, берет брата за руку, и они шагают в кабинет придворного мага:

— Папа!




— Стоп! — прикусывает ручку автор. — Ну ладно, их сейчас спасут, адаптируют, а дальше что? Чем они будут заниматься, угонять единственную на весь Ортан машину? Брайан, по крайней мере, может пойти служить в полицию или к Флавиусу в безопасность, — автор корчит гримасу. — Нет, Флавиус его убьет, и трупа никто не обнаружит. Но в уголовный сыск вполне может. А Доминик? Переквалифицируется в конокрады? Смешно. Хотя, конечно, как раз автомобилестроением он и может заняться. Нет, для этого же, наверное, промышленная база нужна? Что я понимаю в механике, — автор вздыхает не хуже юных ортанских высочеств. — Блин, и этот не выходит. В каких еще канонах крушения были?

Автор достает список фандомов. (Да, у автора есть список любимых фандомов. На триста позиций. Распечатанный восьмым шрифтом в четыре колонки на листе А4 в алфавитном порядке. Автор — зануда и педант, он в курсе, спасибо).

— Ну, вот Космоолухи громыкинские вполне могут в крушение попасть, с ними вечно что-нибудь происходит. Заходят, например, в червоточину, и их выбрасывает во Вселенную Звездного Пути. Или Звездных Войн. О! И врезаются в Звезду Смерти, как раз в нужном месте, чтобы она взорвалась. Ну а что, в книжках им тоже везет просто невероятно. А повстанцам тогда не придется устраивать сложную операцию, вот вам и «сокращает дорогу».

С заново вспыхнувшим энтузиазмом автор хватает ручку.



— Минута до прыжка, — объявила Маша.

— Все пристегнулись? — привычно напомнил капитан и получил в ответ несколько «Да» и «Да, капитан», одно «Ымгм» и ворчливое «Сейчас уже, сейчас» от Теда. Натужно загудел прыжковый двигатель, с обзорных экранов пропало изображение, и «Космический Мозгоед» нырнул в червоточину.

Через несколько минут впереди показалось светлое пятнышко — выход. «Пронесло», — облегченно подумал Станислав.

— Тед! — подключенный к ИскИну корабля Дэн среагировал первым.

Вместо привычного космического пейзажа за иллюминаторами мелькнули явно техногенные интерьеры, сила тяжести взбесилась, поменяв верх с низом, капитанский желудок подкатился к горлу, и Станислав повис вниз головой на страховочных ремнях, борясь с тошнотой. В диване дурным голосом заорала Котька.

— Ма-а-ать! — пилот вцепился в штурвал, пытаясь увести корабль от столкновения с огромной колонной. — Держитесь!

У него почти получилось.

«Мозгоед» пронесся мимо колонны, лишь слегка ее зацепив. Колонна вздрогнула, но выдержала удар. Не выдержал прицеп с грузом сельскохозяйственной техники для захолустной аграрной планеты. Многотонный контейнер оторвался на повороте, закувыркался и врезался в колонну с эффективностью пушечного ядра. Колонна взорвалась.

— Вправо! — крикнул Дэн, и Тед дернул штурвал, выруливая в широкий коридор.

— Какого хрена! Мы что, внутри? — Тед сосредоточенно вглядывался в передний экран. На задний лучше было не смотреть, там полыхал догоняющий их огненный вал.

Тед ускорился, выжимая из двигателей последние ресурсы, корабль протестующе затрясся.

«Развалимся», — понял Станислав, но промолчал — выхода у них действительно не было.

— Она как-то воздействует на гравитацию, — отозвался Дэн, зависший над дублирующим штурвалом, страхуя напарника.

— Она?

— Станция.

«Это станция?», — удивился Стас.

Если присмотреться, коридор, по которому несся «Космический Мозгоед», действительно напоминал внутренние помещения космической станции, только невероятно огромной. Какого же она размера, с луну?

— Такая здоровая? — озвучил капитанские мысли Тед. Грузовик вырвался в ангар — с хороший космопорт размером, — заполненный рядами одноместных кораблей; хищные очертания безошибочно выдавали в них истребители. К кораблям бежали люди в одинаковых белых скафандрах. Много людей. Станиславу было совершенно ясно, что они не успеют. Черт.

В дальней стене ангара начали раздвигаться створки огромного шлюза, и «Мозгоед» проскочил в образовавшуюся щель, на считанные секунды опередив волну взрыва. Позади них взрывалась станция, действительно напоминающая луну размером и формой, а впереди…

Тед сбросил скорость. Прорваться через космический флот такого размера нечего было и пытаться.

***

На мостике только что вышедшего из гиперпрыжка флагмана повстанцев десятки глаз неверяще всматривались в экраны, на которых алым цветком взрывалась Звезда Смерти.

— Так мы что, победили? — неуверенно спросил Хан. — Мы победили! — завопил он, облапил Лею и впился в ее губы поцелуем.

— Мы победили, — потрясенно шепнула принцесса и закинула руки ему на шею.

Люк почувствовал, как угасает знакомая Сила, и печально улыбнулся:

— Прощай, отец.

Адмирал Акбар повернулся к техникам:

— Соедините меня с этим кораблем.

***

Над голоприставкой материализовалась Маша в обтягивающем, словно вторая кожа, белом скафандре. Под мышкой она держала необычной формы шлем, явно скопированный с формы персонала станции — когда только успела заметить.

— Милый, там тебя хотят, — проворковала она. — Ответишь?

Станислав огляделся в поисках улетевшей куда-то фуражки, не нашел, снял с головы Котьку и обреченно скомандовал:

— Соединяй, — хотя понятия не имел, как будет оправдываться. Извините, мы не хотели взрывать вашу станцию? Господи, сколько же народу они убили.

Появившийся на экране прямоходящий кальмар в светлом мундире вовсе не выглядел разъяренным. И принадлежал к совершенно незнакомому капитану виду.

— Дэн? — негромко спросил Стас.

— Не знаю, капитан, — так же тихо ответил тот. — В моей базе такого нет.

Да куда ж их занесло-то?

Кальмар что-то радостно прокричал на чужом языке, за его спиной обнимались, прыгали и вопили люди и разнообразные ксеносы — все, как один, неизвестные.

— Приплыли, — мрачно заключил Тед.




— Надо уточнить, как выглядела та штука, которую они взорвали, — чешет в затылке автор. — И как называлась. И добавить какие-нибудь физические термины — масса там, ускорение. Блин, о физике я знаю еще меньше, чем об автомобилях, наверняка где-нибудь напортачила. Кстати, разве прицеп не должен был оторваться вместе с куском корабля, как у «Сигурэ» в первой книге? Они бы развалились. Ну, или, по крайней мере, двигатели повредили. И что меня опять в технику потянуло? Потому что «крушение», вот почему.

— Зачем я вообще к этому крушению прицепилась? — задумывается автор. — Катастрофа же не обязательно должна быть техническая, личная катастрофа тоже вполне подойдет. — Он снова лезет в список.

— В «Двенадцати стульях», вся эта афера со стульями, чем не катастрофа. С кем их пересечь только, нужен же какой-нибудь торговец, — автор недовольно морщится — словечко явно прицепилось из предыдущего канона. — Или мошенник! Как тут Ник Кэффри из «Белого воротничка» мог бы развернуться! Сложная афера, драгоценности, вполне в его стиле. Но если Нил уведет у Остапа с Кисой добычу, — останавливается вдруг автор, — то где тогда «сокращает дорогу»? Или пусть Нил будет вместо Остапа за стульями гоняться. Угу. С Воробьяниновым. Нил. М-да. — Автор кривится разочарованно. Хорошо, с Кейт, пусть будет ретейлинг, в современности. Нет, тогда нет катастрофы. А если вот так…



Странную парочку Нил заметил сразу, как вошел в кафе.

Длинный нескладный старик — нет, не старик, поправил себя Кэффри, лет пятьдесят, не больше, просто выглядит старым, — в когда-то дорогом, а теперь изрядно потрепанном костюме, и жуликоватый парень, вырядившийся в белый китель и брюки в клеточку, белая же фуражка лежала у его локтя на столике.

Кого он изображает, — фыркнул про себя Нил, — яхтсмена? Зимой в Нью-Йорке? Типа яхту купил, а на носки мелочи не осталось? По его мнению, парню не хватало только таблички с надписью «мошенник, разводит лоха». И что он надеется с него стрясти? Нил склонил голову, оценивающе приглядываясь к старшему мужчине.

Разорившийся банкир, может? Нет, скорее чиновник, проворовался, наверное. Костюм давно вышел из моды — сидел в тюрьме? А добычу спрятал и теперь не может до нее добраться. Нил посмеялся разыгравшейся фантазии — спрятал, ну да. Закопал. Или в стулья зашил. Такие хранят лавэ исключительно в банках — ну не собрались же они банк грабить, в самом деле.

— Но драгоценности! — повысил голос «клиент», красавчик зыркнул на него угрожающе, затыкая.

А вот это уже интересно.

Нил взглянул на часы — до встречи с Питером оставалось сорок минут, он как раз успеет разузнать, в чем тут фишка.




— Ну и что? — автор с досадой откладывает ручку. — Катастрофа тут каким боком? Тем более такая, которая «сокращает дорогу». Нет, не подходит. Что там дальше по списку? «Семнадцать мгновений весны», Штирлиц как никогда был близок к провалу, только вместо Мюллера — Флавиус. Нет, Панкеева уже была. Красный Череп! Как раз нацисты, и даже время одно, начало сорок пятого. Штирлицу приказывают разведать, что за оружие разрабатывает Гидра, он проникает на их базу — с инспекцией от Рейсхканцелярии, например. И попадается, мало ли какая у них сигнализация стоит, может, его Тессеракт засек. В общем, сидит Юстас в камере и соображает, как будет выкручиваться («Ну вы и набрались вчера, товарищ Тихонов!» — хихикает автор, вспоминая анекдот*), и тут на базу устраивает налет Капитан Америка со своими Коммандос. Главное, чтобы они его заодно не пристукнули.



Штирлиц брезгливо покосился на грязный пол — даже в гестапо было как-то уютней!- и остался стоять. Кроме самого штандартенфюрера в камере присутствовали только свисающие с потолка цепи, к которым его не пристегнули, видимо, только потому, что Шмидт не хотел портить отношения с СС. Пока.

«Сейчас он позвонит Шелленбергу, — размышлял Штирлиц, — и узнает, что меня сюда никто не отправлял. И вот тогда начнет допрашивать серьезно. Но шеф сейчас в Ставке у фюрера, его могут не соединить. Тогда шанс есть, я скажу, что миссия секретная, личный приказ бригадефюрера. И что это даст? Как только Шелленберг освободится, ему тут же доложат. Но он же не признается Шмидту, что не знает, чем занимаются его подчиненные, он прикажет меня вернуть. С охраной, чтобы с ценным сотрудником ничего по дороге не случилось. Но, по крайней мере, у меня будет больше времени».

Штирлиц зашагал по камере — три шага, разворот, три шага, снова назад.

«Зачем я мог сюда приехать? Предположим, я узнал что-то о Шмидте — скажем, он готовит заговор против фюрера. И никому не сообщил? Шефа не было, а больше никому я такие сведения не доверил. Может получиться, шеф давно подозревает, что у нас в отделе есть шпионы ГИДРЫ».

Это была хорошая версия, ГИДРА приобретала все больше влияния, что сильно беспокоило руководство.

«Где я мог получить такую информацию? Осведомитель? Откуда у меня осведомители в ГИДРЕ, о которых никто не знает?» — мысль осталась незаконченной. Прогремел взрыв, Штирлиц услышал звуки стрельбы и странный свист — не иначе, то самое секретное оружие, из-за которого он сюда приехал.

«Союзники, — понял штандартенфюрер. — Так далеко за линией фронта? Какой-то диверсионный отряд, очевидно. Как бы они меня заодно не пристрелили».

Он снова зашагал по тесной камере.

«Я заперт, это хорошо, ясно, что пленник. Но почему? Нельзя говорить, что я работаю на советскую разведку — меня, понятное дело, отсюда вытащат, но это провал, хуже, чем провал, американцы узнают, что я разрабатывал Даллеса, и поймут, что нашим известно о переговорах. А если я просто высокопоставленный офицер СД? Знаю кучу секретов Рейха. Вернуться я уже не смогу, но хотя бы не провалю операцию Центра. Нет, с собой они меня не потащат, слишком далеко. Допросят и шлепнут где-нибудь в лесу. А если…» — Штирлиц не успел обдумать новый вариант — подкинуть американцам заговор против Гитлера, офицеры-патриоты, готовые закончить войну. Дверь камеры снесло с петель, и в косяк вонзился щит, раскрашенный в цвета американского флага.




— Так, а когда же у нас все это происходило, — озабоченно спохватывается автор и открывает Гугл. — «Капитан Америка»… Блин, была же у меня где-то хронология… Второй фронт открыли в июне сорок четвертого, покушение на Гитлера случилось двадцатого июля — теоретически, могли вписаться между. О! — находит, наконец, нужную информацию автор. — Баки все-таки попал в плен в сорок третьем! Окей, то есть конец сорок третьего — начало сорок четвертого, до «Семнадцати мгновений». Черт! Переговоры Даллеса — это же весна сорок пятого! Черт, черт, черт! — автор в сердцах швыряет ручку. — Ой, ну это же не наш мир, может, у них заговора генералов не случилось вовсе. Или нет, Капитан Америка так на немцев наехал, что они переговоры раньше начали, вот! В общем, будем считать, что конец сорок четвертого. — Автор вытаскивает ручку из-под дивана и возвращается к работе.



Штирлиц тут же понял, кто напал на базу, и что они делают в глубоком тылу противника. О Капитане Америке он узнал из американской прессы и поначалу, честно сказать, считал его подвиги исключительно пропагандой, но донесения с Западного фронта в последнее время поступали все более панические.

В коридоре раздался выстрел и глухой шлепок упавшего тела.

— Опять не смотришь за правым флангом, Стиви! — укоризненно произнес молодой голос по-английски.

— Ну я же знаю, что ты меня прикроешь, Бак! — отозвался вышепоименованный «Стиви». «Стив Роджерс», — вспомнил Штирлиц, — «Капитан Америка собственной персоной».

Обтянутая синей тканью рука выдернула застрявший щит. — Пошли, у нас семнадцать минут, потом тут все взлетит на воздух.

Штирлиц прислушался к удаляющимся шагам. У него оставалось шестнадцать минут, чтобы найти документы и выбраться из замка.




Автор откладывает ручку и задумывается:

— Так, катастрофа есть, «сократить дорогу» помогли. Хотя катастрофа у Штирлица, а сократили ему дорогу Коммандос. Но тоже устроили катастрофу. Наверное, все таки подойдет, но лучше я уточню. Еще что-нибудь попробовать, что ли? Ммм… «Firefly»… Нет, крушение у них, конечно, тоже может случиться, вот, скажем, воюют они с этими дикими каннибалами, и тут к ним заносит «Андромеду». Бравому капитану Ханту даже из кресла вставать не придется, у них там столько оружия, они всех Пожирателей одним залпом снесут. Вместе со «Светлячком», ага. И вообще, опять космос. Не, не хочу. А если «Агенты АНКЛ» сталкиваются с агентами «Кингсмен»? в прямом смысле сталкиваются, автокатастрофа. Объединяются и быстренько добывают нужные сведения.

Автор обдумывает идею. — Нет, — решает он. — Время слишком разное, придется или АНКЛ переносить в современность — и тогда пропадает весь конфликт между Наполеоном и Ильей, — или Кингсмен в шестидесятые, и что тогда будет с их гаджетами? — морщит лоб автор. — Хм. Гаджеты в стиле раннего Бонда, а что, может смешно получиться, даже стреляющие часы не надо убирать, и лезвие в ботинке тоже прекрасно впишется. Вот только без очков придется обойтись, слишком сложная технология. Не представляю себе Гарри без очков. Но зато Эггзи в очках мне совершенно не нравится! Отлично! — потирает руки автор. — Эггзи и Рокси против Ильи, Наполеона и Габи. Матч века, спешите видеть!



Машина, скрипя тормозами, сворачивает за угол, и выстрел Эггзи уходит в «молоко».



Внезапно автор вспоминает, что через сорок минут на ТНТ начнутся «Танцы» и включает телевизор — фоном, чтобы не пропустить передачу. Но отвлекается на «Тачки 2», которые раньше не смотрел. Действие в самом разгаре, непонятно, с кем и почему воюют герои, но шпионский боевик в мультфильме перекликается с фанфиком, который автор пытается сочинять, и он начинает прикидывать, с каким каноном можно пересечь происходящее на экране. Неожиданно скачущий по шестеренкам часов Мэтр напоминает автору последнюю «Алису» — впечатление усиливается с фразой «повернуть время вспять», — а летающая розовая «девушка» похожа на леди Пенелопу из «Тандербёрдз»*. Герои собираются «изменить полярность» — вот и любимый «Доктор». Машина-английский шпион вооружена совершенно бондовскими гаджетами, а механическая королева — и, опять таки, Биг Бен — ассоциируются с «Великим мышиным сыщиком».

— Да этот мультик — сам один сплошной кроссовер, — комментирует автор. — «Дисней» совсем обалдел, — и передумывает писать по нему фик.

Начинаются «Танцы», автор пытается писать во время рекламы, но быстро понимает, что так ничего не выйдет, убирает блокнот и ручку и начинает переключать каналы. На одном показывают «Знатоков» — автор представляет себе кроссовер с «Шерлоком», причем непременно ВВС, столкновение высокомерного аутичного британца с прямыми, как гвозди, советскими сыщиками, вышло бы фееричным.

На другом — страшный Тарас Бульба, которого хочется напустить на Вия и посмотреть, кто кого (с жутью создатели фильма явно перестарались) собирается зарубить младенца. — Ну-ну, — хмыкает автор. — Семейки Адамсов на тебя нет.

На третьем мультяшная свинья идет по канату, падает на слона, и попугай ругается:

«Катастрррофа!».

— И тут катастрофа, — удивляется автор и переключается на «Мадагаскар». «Мадагаскар» он не любит, но, вспомнив арт с хуманизированными пингвинами*, прикидывает, не пересечь ли его с каким-нибудь военным боевиком. Тут реклама заканчивается, автор бросает эту мысль и начинает обдумывать, с чем можно скрестить «Танцы». На экране тем временем приглашенный член жюри критикует участников еще строже, чем наставники, и Егору Дружинину приходится работать Светлаковым — в смысле, пропускать в следующий этап танцоров, которые выступили не очень, но понравились зрителям.

— Да вот же с «Петровым и Васечкиным» можно! — соображает автор и качает головой. — Свихнусь я с этим спецквестом. Ладно, на чем я остановилась? — Он перечитывает начало последнего фика, зачеркивает написанное и начинает снова.



Старенький Опель Олимпия — на самом деле от Опеля в нем остался только салон — петляет по узким улочкам Гранады. Автомобиль преследователей отстает, но не прекращает погони. Эггзи высовывается с пистолетом из бокового окна, выстрел разбивает стекло стоящего у обочины Сеата. Слишком далеко.

— Кажется, оторвались.

— Нет еще, — хмыкает Рокси. — Но вот сейчас… — и выкручивает руль.

Несущуюся навстречу машину они замечают в последнюю секунду, когда уже ничего нельзя сделать. Рокси бьет по тормозам.

Удар.

Эггзи вяло поднимает раскалывающуюся голову. На передней панели — пятно крови, он трогает лоб и с трудом фокусирует глаза на испачканной красным руке. Могло быть хуже.

— Рокс, ты как?

Вместо ответа агент Ланселот разражается потоком ругательств, совершенно неподобающих юной леди из приличной семьи. Значит, нормально. В любом случае, нянчить травмы времени у них нет, из второй машины выбираются трое — лощеный красавчик, верзила в кепке и девушка, все с оружием. У громилы в руках…

— Это что, пулемет? — орет Эггзи, выкатываясь из машины и цепляя по дороге выпавший во время аварии пистолет.

— Станковый пулемет Дегтярева, ДС-39*, — откликается с другой стороны Опеля Рокси.

— Охренеть.

Эггзи держит здорового, Рокси — пижона, у противника — преимущество в численности, но руки у девчонки дрожат, и попасть в цель она может разве только случайно.

— Вы кто такие? — рявкает громила с русским акцентом.

— Проклятие! — произносят агенты «Кингсмен» с чувством! — КГБ!

— Британцы! Вот дерьмо! — стонет красавчик, совершенно очевидно — американец, девушка произносит что-то по-немецки. Что вообще происходит?

И тут всем резко становится не до того — погоня их, наконец, догоняет.

Обе погони, похоже, их визави тоже не просто так здесь носились.

Переулок оказывается перекрыт с обеих сторон, и все пятеро скрючиваются за капотами сцепившихся машин, Эггзи с верзилой и девушкой с одной стороны, Рокси с американцем — с другой.

Девчонка сползает на землю и роняет пистолет, держа голову руками. Эггзи бросает на нее один взгляд и вытаскивает из салона фирменный зонтик Кингсмен.

— Тебе что, головку напекло? — язвит его невольный партнер.

— Пуленепробиваемый, — поясняет Эггзи, раскрывает зонт и сует его в руки девушке. — Прикройся.

Русский смотрит на него с благодарностью. Хм. Интересно.

— Илья, — представляется здоровяк между выстрелами. — Это Габи.

— Эггзи, — машинально отвечает Анвин, — «Галахад!» — возмущенно шипит Рокси.

Илья ржет так, что прекращает стрелять.

— Яйка*! — ревет он, утирая слезы. — Яйка!

— Ну что еще, Катастрофа*? — недовольно вопит красавчик.

Ковбой, его зовут Яйка!— отвечает Илья на незнакомом языке. Эггзи не говорит по-русски и не понимает, что тут такого смешного. Он пожимает плечами и возвращается к перестрелке.

Которая вскоре заканчивается — врагов больше, но стреляют они плохо, к тому же пулемет Ильи оказывается очень кстати. Новоиспеченные союзники обессилено приваливаются к автомобилям.

Из бардачка Опеля раздается звонок — да, у них в машине есть телефон!

— Что у вас происходит? — требует Мерлин. — Мой информатор в полиции Толедо сообщает о стрельбе.

Эггзи докладывает обстановку, описывает их новых друзей:

— Илья, Габи и…

— Наполеон, — подсказывает Рокси.

— … и Наполеон. Русский, немка и американец.

— …оба — в дорогих костюмах, у Галахада — пуленепробиваемый зонтик, — отчитывается Габи, прижимая к уху наушник рации. Техника у Кингсмен намного круче, — довольно отмечает Эггзи.

— А.Н.К.Л., — поясняет Мерлин. — Совместное агентство КГБ и ЦРУ. Фройлейн Теллер работает на Секретную Службу Ее Величества.

— Мисс Ланселот, — воркует тем временем американец, пытаясь поцеловать Рокси руку. — Можно, я буду звать вас Гвиневрой? — и немедленно получает в зубы. Судя по отсутствию реакции у его напарников, с ним такое часто случается.

Издалека доносится вой сирен, и им приходится сматываться. Вся компания набивается в конспиративную квартиру А.Н.К.Л. — ну, она была ближе. Выясняется, что они здесь по одному и тому же делу — барон Хесслихшуфт и его планы мирового господства.

У барона замок в Сьерра-Неваде и химическая лаборатория в подвале. Есть сведения, что он производит там отравляющие вещества, по сравнению с которыми иприт покажется приятным одеколоном. Агенты обоих организаций получили приказ уничтожить лабораторию, пока до нее не добрался кто-нибудь еще. Никто не хочет, чтобы такая угроза оказалась на вооружении возможного противника.

Справиться впятером будет определенно проще.




— Черт, а про гаджеты-то я и забыла! — спохватывается автор, и гугглит «гаджеты Джеймса Бонда». — М-да, не густо, — заключает он, рассматривая открывшуюся страницу. Крутыми эти огромные неуклюжие монстры могли показаться только в шестидесятых. Автор торопливо переделывает несколько абзацев, меняя коммуникатор, замаскированный под слуховой аппарат, на телефон в машине. — Вершина технической мысли, блин, — ворчит он и обдумывает, не убрать ли пуленепробиваемый зонтик, но решает — нет, зонт останется, фиг с ней, с достоверностью. Как же, Кингсмен — и вдруг без зонтика. — Ну ладно, лезвие в ботинке, гаррота в часах — кому вообще нужна гаррота в часах? — ну, в зонтик можно еще выдвигающуюся отравленную иглу вставить, как у Ришара*. Ску-у-учно! Диктофон в фотоаппарате. Нет, диктофон нам не нужен. Окей.



У агентов А.Н.К.Л. есть миниатюрный резак с заковыристым названием, зато у Кингсменов — инфракрасный детектор в фотоаппарате*.

— Пригодится, — одобрительно кивает Илья, и они отправляются — на двух джипах, угнанных от бара, где зависают вояки с американской базы. Альпинистское снаряжение есть у всех пятерых.

Габи оставляют в машине, прикрывать отход — она до сих пор нетвердо держится на ногах. Их, вполне вероятно, ждут, поэтому приходится забираться по отвесному обрыву — его не охраняют, считая недоступным — и спускаться оттуда в замок.

Эггзи с Ильей ввязываются в драку на верхнем этаже, отвлекая внимание от подвала, где Рокси устанавливает взрывчатку, а Наполеон ее прикрывает.

Они едва успевают уйти — замок взлетает на воздух, и их едва не накрывает обвалом. Илья уважительно косится на агента Ланселота.

Они пожимают на прощанье руки:

— Отлично поработали! Давайте больше не встречаться! — говорит Наполеон, и они разъезжаются в разные стороны.

Задание выполнено.




Автор критически разглядывает свое творение:

— Ну, теме определенно соответствует, — неуверенно заключает он. — Но все равно не нравится. Шесть драбблов, и выложить-то нечего. Просто катастрофа. Ха! Катастрофа! — оживляется автор и, злобно хихикая, выводит на новой странице:

«Спецквест, спецквест… «Катастрофа», «сокращает дорогу». Что может быть катастрофой? Ну, например, крушение. И в каких канонах у нас было крушение?»...

The end


Примечания
* Окончание первого драббла, который автор все-таки дописал:

Он высаживает их в Огайо — тут мало что происходит и легко затеряться. Напоминает о том, что надо сменить имя и возвращается в ТАРДИС, спасенная пара машет ему вслед. ТАРДИС материализуется в Нью-Йорке, заголовки газет кричат: «Титаник затонул, столкнувшись с айсбергом, тысяча шестьсот тридцать пять погибших».

— Тысяча шестьсот тридцать три, — говорит себе Доктор и улыбается.



* Thunderbirds — «Предвестники бури»

Леди Пенелопа Крейтон-Вард

Холли Делюкс, «Тачки 2»


*Этот арт


* Штирлиц проснулся в холодной, темной камере. Вспоминал, вспоминал, ничего не помнит. Решил:

— Если войдет человек в черной форме, скажу «Зиг хайль!»; если в зеленой — «Служу Советскому Союзу!»

Вошел человек в серой форме и говорит:

— Ну и набрались вы вчера, товарищ Тихонов!!!


*Пулемет ДС-39. У Ильи он был без станка.

*В русском дубляже — Большевик, но в оригинале было Peril, что можно перевести как Ходячая Катастрофа

*Яйка — мой перевод имени Эггзи. Реакция тоже моя)))

*«Высокий блондин в черном ботинке»

*Вообще-то, фотоаппарат Бонда позволял только фотографировать в темноте, чтобы узнать, что там было, приходилось проявлять пленку и печатать фотографии. Но гаджеты шестидесятых совершенно безнадежны!




Драбблы, написанные в процессе сочинения фика на спецквест
Не факт, что отдельные законченные произведения

Название: Шел «Титаник» в океане…
Каноны: «Доктор Кто», «Титаник»
Размер: драббл, 178 слов
Пейринг/Персонажи: Доктор, Джек Доусон, Роуз Дьюитт Бьюкейтер
Категория: джен, гет (подразумевается)
Жанр: крушение, хэппи-энд,
Рейтинг: G—PG-13
Краткое содержание: И почему «Титаники» вечно врезаются в ТАРДИС?




Мощный удар сотрясает ТАРДИС, завывают сирены, и, пробивая стену, в рубку вонзается нос корабля с надписью «Титаник».

— Что, опять? — возмущенно вопит Доктор.

За бортом — 1912 год, и «Титаник» — тот самый, настоящий. Доктор не может спасти всех, да он и не пытается, гибель «Титаника» — фиксированная точка, но молодая пара, которую заносит в ТАРДИС вместе с потоком воды, так отчаянно благодарна и так безнадежно влюблена.

Джека нет в списках пассажиров, а Роуз не оставила следа в истории человечества. Доктор предупреждает их все равно.

— Тебе придется сменить имя, — говорит он Роуз.

— Да, Доктор, — кивает она.

— Вы никому не сможете рассказать правду, даже собственным детям.

— Да, Доктор, — хором отвечают они, держась за руки и счастливо улыбаясь. Доктор уверен, что его предупреждения они пропустили мимо ушей.

— Влюбленные! — фыркает он.

Он высаживает их в Огайо — тут мало что происходит и легко затеряться. Напоминает о том, что надо сменить имя и возвращается в ТАРДИС, спасенная пара машет ему вслед. ТАРДИС материализуется в Нью-Йорке, заголовки газет кричат: «Титаник затонул, столкнувшись с айсбергом, тысяча шестьсот тридцать пять погибших».

— Тысяча шестьсот тридцать три, — говорит себе Доктор и улыбается.


Название: Вниз с обрыва
Каноны: «Форсаж 5», О. Панкеева «Хроники странного королевства»
Размер: драббл, 351 слово
Пейринг/Персонажи: Доминик Торетто/Брайан О'Коннер, оригинальные детские персонажи
Категория: джен, слеш
Жанр: крушение, Hurt и предполагаемый в будущем comfort
Рейтинг: G—PG-13
Краткое содержание: Когда машина с Домом и Брайаном слетает с обрыва, они и не подозревают, где в результате окажутся




Впереди обрыв, и сделать уже ничего нельзя, только выпрыгнуть из машины и надеяться, что в ущелье окажется достаточно воды — река там точно есть, Брайан видел на карте. Шансов, вообще говоря, мало, засуха нынче в самом разгаре. Жить им, возможно, осталось несколько секунд, и он решается — хватает Доминика за шею и дергает на себя.

Поцелуй выходит отчаянным и неуклюжим, машина уже переваливается через край обрыва, и они стукаются лбами, носами, зубами, Брайану плевать, потому что Дом отвечает, и это лучший поцелуй в его жизни, и вовсе не потому, что последний. Они вылезают на капот падающего Корвета и прыгают, держась за руки. Жалкий ручеек сверкает внизу среди приближающихся камней.

До камней они не долетают.

Брайана что-то резко дергает в сторону-вверх-вниз-из тела, в его руке вместо пальцев Доминика — маленькая детская ладошка, и ослепительное солнце Бразилии вдруг сменяется неестественным желтоватым светом. Инерция несет его вперед, на девочку лет десяти с перепуганными огромными глазами без белков. Девочка исчезает с его пути, растворившись в пушистом сером облачке, и он врезается в стену — не в стенку ущелья, в нормальную, затянутую разноцветной тканью стену комнаты.

В глазах темнеет от боли, он слышит омерзительный хруст ломающихся костей и полный боли стон рядом. Брайан еще успевает обрадоваться — Дом здесь, Дом жив — и теряет сознание.

На площадке Центральной башни Ортанского королевского дворца вываливаются из телепортов два маленьких волшебника.

Принцесса Оливия поправляет растрепавшуюся черную косу дрожащими пальцами и забирается на парапет рядом с братом, привычно придерживая длинную юбку. Аллеар косится на нее из под серебристой челки узкими щелочками глаз — если б не эльфийские волосы, юный принц был бы копией мамы.

Близнецам не нужно ничего говорить вслух, они и так друг друга понимают. Взрослые даже думают, что они умеют читать мысли. Не умеют, но никого не разубеждают. Придворные так смешно пугаются, если уставиться на них пристально, даже маминой способности нагонять страх не надо — какие шархийские ментальные таланты им достались, они еще не знают.

«Что теперь делать?»

«Придется звать папу»

«Мама нас убьет!»

«Они же еще живы. И их надо лечить», — безмолвный «разговор» занимает пару секунд.

Юные шкодники одновременно вздыхают, Оливия очерчивает телепорт, берет брата за руку, и они шагают в кабинет придворного мага:

— Папа!


Название: Извините, мы нечаянно!
Каноны: «Космобиолухи» (цикл книг), «Звездные войны» (оригинальная трилогия)
Размер: драббл, 559 слов
Пейринг/Персонажи: экипаж «Космического Мозгоеда», повстанцы
Категория: джен
Жанр: крушение, экшн
Рейтинг: G—PG-13
Краткое содержание: «Космическому Мозгоеду» постоянно «везет». Вот и в этот раз они случайно взорвали чью-то космическую станцию. Это же плохо, да?
Примечание/Предупреждения: Научные ляпы - у автора большие проблемы с физикой
Для голосования: #. fandom Retellings and Crossovers 2016 - " Извините, мы нечаянно!"



— Минута до прыжка, — объявила Маша.

— Все пристегнулись? — привычно напомнил капитан и получил в ответ несколько «Да» и «Да, капитан», одно «Ымгм» и ворчливое «Сейчас уже, сейчас» от Теда. Натужно загудел прыжковый двигатель, с обзорных экранов пропало изображение, и «Космический Мозгоед» нырнул в червоточину.

Через несколько минут впереди показалось светлое пятнышко — выход. «Пронесло», — облегченно подумал Станислав.

— Тед! — подключенный к ИскИну корабля Дэн среагировал первым.

Вместо привычного космического пейзажа за иллюминаторами мелькнули явно техногенные интерьеры, сила тяжести взбесилась, поменяв верх с низом, капитанский желудок подкатился к горлу, и Станислав повис вниз головой на страховочных ремнях, борясь с тошнотой. В диване дурным голосом заорала Котька.

— Ма-а-ать! — пилот вцепился в штурвал, пытаясь увести корабль от столкновения с огромной колонной. — Держитесь!

У него почти получилось.

«Мозгоед» пронесся мимо колонны, лишь слегка ее зацепив. Колонна вздрогнула, но выдержала удар. Не выдержал прицеп с грузом сельскохозяйственной техники для захолустной аграрной планеты. Многотонный контейнер оторвался на повороте, закувыркался и врезался в колонну с эффективностью пушечного ядра. Колонна взорвалась.

— Вправо! — крикнул Дэн, и Тед дернул штурвал, выруливая в широкий коридор.

— Какого хрена! Мы что, внутри? — Тед сосредоточенно вглядывался в передний экран. На задний лучше было не смотреть, там полыхал догоняющий их огненный вал.

Тед ускорился, выжимая из двигателей последние ресурсы, корабль протестующе затрясся.

«Развалимся», — понял Станислав, но промолчал — выхода у них действительно не было.

— Она как-то воздействует на гравитацию, — отозвался Дэн, зависший над дублирующим штурвалом, страхуя напарника.

— Она?

— Станция.

«Это станция?», — удивился Стас.

Если присмотреться, коридор, по которому несся «Космический Мозгоед», действительно напоминал внутренние помещения космической станции, только невероятно огромной. Какого же она размера, с луну?

— Такая здоровая? — озвучил капитанские мысли Тед. Грузовик вырвался в ангар — с хороший космопорт размером, — заполненный рядами одноместных кораблей; хищные очертания безошибочно выдавали в них истребители. К кораблям бежали люди в одинаковых белых скафандрах. Много людей. Станиславу было совершенно ясно, что они не успеют. Черт.

В дальней стене ангара начали раздвигаться створки огромного шлюза, и «Мозгоед» проскочил в образовавшуюся щель, на считанные секунды опередив волну взрыва. Позади них взрывалась станция, действительно напоминающая луну размером и формой, а впереди…

Тед сбросил скорость. Прорваться через космический флот такого размера нечего было и пытаться.

***

На мостике только что вышедшего из гиперпрыжка флагмана повстанцев десятки глаз неверяще всматривались в экраны, на которых алым цветком взрывалась Звезда Смерти.

— Так мы что, победили? — неуверенно спросил Хан. — Мы победили! — завопил он, облапил Лею и впился в ее губы поцелуем.

— Мы победили, — потрясенно шепнула принцесса и закинула руки ему на шею.

Люк почувствовал, как угасает знакомая Сила, и печально улыбнулся:

— Прощай, отец.

Адмирал Акбар повернулся к техникам:

— Соедините меня с этим кораблем.

***

Над голоприставкой материализовалась Маша в обтягивающем, словно вторая кожа, белом скафандре. Под мышкой она держала необычной формы шлем, явно скопированный с формы персонала станции — когда только успела заметить.

— Милый, там тебя хотят, — проворковала она. — Ответишь?

Станислав огляделся в поисках улетевшей куда-то фуражки, не нашел, снял с головы Котьку и обреченно скомандовал:

— Соединяй, — хотя понятия не имел, как будет оправдываться. Извините, мы не хотели взрывать вашу станцию? Господи, сколько же народу они убили.

Появившийся на экране прямоходящий кальмар в светлом мундире вовсе не выглядел разъяренным. И принадлежал к совершенно незнакомому капитану виду.

— Дэн? — негромко спросил Стас.

— Не знаю, капитан, — так же тихо ответил тот. — В моей базе такого нет.

Да куда ж их занесло-то?

Кальмар что-то радостно прокричал на чужом языке, за его спиной обнимались, прыгали и вопили люди и разнообразные ксеносы — все, как один, неизвестные.

— Приплыли, — мрачно заключил Тед.



Название: Тетушкины драгоценности
Каноны: «Белый воротничок», «Двенадцать стульев»
Размер: драббл, 191 слово
Пейринг/Персонажи: Нил Кэффри, Остап Бендер, И.М. «Киса» Воробьянинов
Категория: джен
Жанр: повседневность
Рейтинг: G—PG-13
Краткое содержание: Остап и Киса не вовремя попали на глаза Нилу Кэффри
Примечание/Предупреждения: В тексте присутствуют термины из уголовного жаргона



Странную парочку Нил заметил сразу, как вошел в кафе.

Длинный нескладный старик — нет, не старик, поправил себя Кэффри, лет пятьдесят, не больше, просто выглядит старым, — в когда-то дорогом, а теперь изрядно потрепанном костюме, и жуликоватый парень, вырядившийся в белый китель и брюки в клеточку, белая же фуражка лежала у его локтя на столике.

Кого он изображает, — фыркнул про себя Нил, — яхтсмена? Зимой в Нью-Йорке? Типа яхту купил, а на носки мелочи не осталось? По его мнению, парню не хватало только таблички с надписью «мошенник, разводит лоха». И что он надеется с него стрясти? Нил склонил голову, оценивающе приглядываясь к старшему мужчине.

Разорившийся банкир, может? Нет, скорее чиновник, проворовался, наверное. Костюм давно вышел из моды — сидел в тюрьме? А добычу спрятал и теперь не может до нее добраться. Нил посмеялся разыгравшейся фантазии — спрятал, ну да. Закопал. Или в стулья зашил. Такие хранят лавэ исключительно в банках — ну не собрались же они банк грабить, в самом деле.

— Но драгоценности! — повысил голос «клиент», красавчик зыркнул на него угрожающе, затыкая.

А вот это уже интересно.

Нил взглянул на часы — до встречи с Питером оставалось сорок минут, он как раз успеет разузнать, в чем тут фишка.



Название: Информация к размышлению
Каноны: «Семнадцать мгновений весны», «Первый мститель»
Размер: драббл, 501 слово
Пейринг/Персонажи: Штирлиц
Категория: джен
Жанр: драма, экшн
Рейтинг: G—PG-13
Краткое содержание:
Примечание/Предупреждения: Исторические несоответствия. Действие фика происходит во второй половине 1944 года - автор предположил, что, благодаря наличию Капитана Америки и Гидры, исторические события могли произойти раньше/позже, чем в реальности



Штирлиц брезгливо покосился на грязный пол — даже в гестапо было как-то уютней! — и остался стоять. Кроме самого штандартенфюрера в камере присутствовали только свисающие с потолка цепи, к которым его не пристегнули, видимо, только потому, что Шмидт не хотел портить отношения с СС. Пока.

«Сейчас он позвонит Шелленбергу, — размышлял Штирлиц, — и узнает, что меня сюда никто не отправлял. И вот тогда начнет допрашивать серьезно. Но шеф сейчас в Ставке у фюрера, его могут не соединить. Тогда шанс есть, я скажу, что миссия секретная, личный приказ бригадефюрера. И что это даст? Как только Шелленберг освободится, ему тут же доложат. Но он же не признается Шмидту, что не знает, чем занимаются его подчиненные, он прикажет меня вернуть. С охраной, чтобы с ценным сотрудником ничего по дороге не случилось. Но, по крайней мере, у меня будет больше времени».

Штирлиц зашагал по камере — три шага, разворот, три шага, снова назад.

«Зачем я мог сюда приехать? Предположим, я узнал что-то о Шмидте — скажем, он готовит заговор против фюрера. И никому не сообщил? Шефа не было, а больше никому я такие сведения не доверил. Может получиться, шеф давно подозревает, что у нас в отделе есть шпионы ГИДРЫ».

Это была хорошая версия, ГИДРА приобретала все больше влияния, что сильно беспокоило руководство.

«Где я мог получить такую информацию? Осведомитель? Откуда у меня осведомители в ГИДРЕ, о которых никто не знает?» — мысль осталась незаконченной. Прогремел взрыв, Штирлиц услышал звуки стрельбы и странный свист — не иначе, то самое секретное оружие, из-за которого он сюда приехал.

«Союзники, — понял штандартенфюрер. — Так далеко за линией фронта? Какой-то диверсионный отряд, очевидно. Как бы они меня заодно не пристрелили».

Он снова зашагал по тесной камере.

«Я заперт, это хорошо, ясно, что пленник. Но почему? Нельзя говорить, что я работаю на советскую разведку — меня, понятное дело, отсюда вытащат, но это провал, хуже, чем провал, американцы узнают, что я разрабатывал Даллеса, и поймут, что нашим известно о переговорах. А если я просто высокопоставленный офицер СД? Знаю кучу секретов Рейха. Вернуться я уже не смогу, но хотя бы не провалю операцию Центра. Нет, с собой они меня не потащат, слишком далеко. Допросят и шлепнут где-нибудь в лесу. А если…» — Штирлиц не успел обдумать новый вариант — подкинуть американцам заговор против Гитлера, офицеры-патриоты, готовые закончить войну. Дверь камеры снесло с петель, и в косяк вонзился щит, раскрашенный в цвета американского флага.

Штирлиц тут же понял, кто напал на базу, и что они делают в глубоком тылу противника. О Капитане Америке он узнал из американской прессы и поначалу, честно сказать, считал его подвиги исключительно пропагандой, но донесения с Западного фронта в последнее время поступали все более панические.

В коридоре раздался выстрел и глухой шлепок упавшего тела.

— Опять не смотришь за правым флангом, Стиви! — укоризненно произнес молодой голос по-английски.

— Ну я же знаю, что ты меня прикроешь, Бак! — отозвался вышепоименованный «Стиви». «Стив Роджерс», — вспомнил Штирлиц, — «Капитан Америка собственной персоной».

Обтянутая синей тканью рука выдернула застрявший щит. — Пошли, у нас семнадцать минут, потом тут все взлетит на воздух.

Штирлиц прислушался к удаляющимся шагам. У него оставалось шестнадцать минут, чтобы найти документы и выбраться с базы.



Название: Раз шпион, два шпион
Каноны: «Kingsman: Секретная служба», «Агенты А.Н.К.Л.»
Размер: драббл, 812 слов (вместе с примечаниями)
Пейринг/Персонажи: Гэри «Эггзи» Анвин, Роксана Мортон, Илья Курякин, Наполеон Соло, Габи Теллер
Категория: джен, легкий намек на гет
Жанр: экшн, шпионский боевик
Рейтинг: G—PG-13
Краткое содержание: В А.Н.К.Л.е уже есть американец, русский и немка. Добавим пару британцев —взболтать, но не смешивать, — будет еще веселее!
Примечание/Предупреждения: Действие происходит в 1960-х годах




Старенький Опель Олимпия — на самом деле от Опеля в нем остался только салон — петляет по узким улочкам Гранады. Автомобиль преследователей отстает, но не прекращает погони. Эггзи высовывается с пистолетом из бокового окна, выстрел разбивает стекло стоящего у обочины Сеата. Слишком далеко.

— Кажется, оторвались.

— Нет еще, — хмыкает Рокси. — Но вот сейчас… — и выкручивает руль.

Несущуюся навстречу машину они замечают в последнюю секунду, когда уже ничего нельзя сделать. Рокси бьет по тормозам.

Удар.

Эггзи вяло поднимает раскалывающуюся голову. На передней панели — пятно крови, он трогает лоб и с трудом фокусирует глаза на испачканной красным руке. Могло быть хуже.

— Рокс, ты как?

Вместо ответа агент Ланселот разражается потоком ругательств, совершенно неподобающих юной леди из приличной семьи. Значит, нормально. В любом случае, нянчить травмы времени у них нет, из второй машины выбираются трое — лощеный красавчик, верзила в кепке и девушка, все с оружием. У громилы в руках…

— Это что, пулемет? — орет Эггзи, выкатываясь из машины и цепляя по дороге выпавший во время аварии пистолет.

— Станковый пулемет Дегтярева, ДС-39, — откликается с другой стороны Опеля Рокси.

— Охренеть.

Эггзи держит здорового, Рокси — пижона, у противника — преимущество в численности, но руки у девчонки дрожат, и попасть в цель она может разве только случайно.

— Вы кто такие? — рявкает громила с русским акцентом.

— Проклятие! — произносят агенты «Кингсмен» с чувством! — КГБ!

— Британцы! Вот дерьмо! — стонет красавчик, совершенно очевидно — американец, девушка произносит что-то по-немецки. Что вообще происходит?

И тут всем резко становится не до того — погоня их, наконец, догоняет.

Обе погони, похоже, их визави тоже не просто так здесь носились.

Переулок оказывается перекрыт с обеих сторон, и все пятеро скрючиваются за капотами сцепившихся машин, Эггзи с верзилой и девушкой с одной стороны, Рокси с американцем — с другой.

Девчонка сползает на землю и роняет пистолет, держа голову руками. Эггзи бросает на нее один взгляд и вытаскивает из салона фирменный зонтик Кингсмен.

— Тебе что, головку напекло? — язвит его невольный партнер.

— Пуленепробиваемый, — поясняет Эггзи, раскрывает зонт и сует его в руки девушке. — Прикройся.

Русский смотрит на него с благодарностью. Хм. Интересно.

— Илья, — представляется здоровяк между выстрелами. — Это Габи.

— Эггзи, — машинально отвечает Анвин, — «Галахад!» — возмущенно шипит Рокси.

Илья ржет так, что прекращает стрелять.

— Яйка! — ревет он, утирая слезы. — Яйка!

— Ну что еще, Катастрофа? — недовольно вопит красавчик.

Ковбой, его зовут Яйка!— отвечает Илья на незнакомом языке. Эггзи не говорит по-русски и не понимает, что тут такого смешного. Он пожимает плечами и возвращается к перестрелке.

Которая вскоре заканчивается — врагов больше, но стреляют они плохо, к тому же пулемет Ильи оказывается очень кстати. Новоиспеченные союзники обессилено приваливаются к автомобилям.

Из бардачка Опеля раздается звонок — да, у них в машине есть телефон!

— Что у вас происходит? — требует Мерлин. — Мой информатор в полиции Толедо сообщает о стрельбе.

Эггзи докладывает обстановку, описывает их новых друзей:

— Илья, Габи и…

— Наполеон, — подсказывает Рокси.

— … и Наполеон. Русский, немка и американец.

— …оба — в дорогих костюмах, у Галахада — пуленепробиваемый зонтик, — отчитывается Габи, прижимая к уху наушник рации. Техника у Кингсмен намного круче, — довольно отмечает Эггзи.

— А.Н.К.Л., — поясняет Мерлин. — Совместное агентство КГБ и ЦРУ. Фройлейн Теллер работает на Секретную Службу Ее Величества.

— Мисс Ланселот, — воркует тем временем американец, пытаясь поцеловать Рокси руку. — Можно, я буду звать вас Гвиневрой? — и немедленно получает в зубы. Судя по отсутствию реакции у его напарников, с ним такое часто случается.

Издалека доносится вой сирен, и им приходится сматываться. Вся компания набивается в конспиративную квартиру А.Н.К.Л. — ну, она была ближе. Выясняется, что они здесь по одному и тому же делу — барон Хесслихшуфт и его планы мирового господства.

У барона замок в Сьерра-Неваде и химическая лаборатория в подвале. Есть сведения, что он производит там отравляющие вещества, по сравнению с которыми иприт покажется приятным одеколоном. Агенты обоих организаций получили приказ уничтожить лабораторию, пока до нее не добрался кто-нибудь еще. Никто не хочет, чтобы такая угроза оказалась на вооружении возможного противника.

Справиться впятером будет определенно проще.

У агентов А.Н.К.Л. есть миниатюрный резак с заковыристым названием, зато у Кингсменов — инфракрасный детектор в фотоаппарате.

— Пригодится, — одобрительно кивает Илья, и они отправляются — на двух джипах, угнанных от бара, где зависают вояки с американской базы. Альпинистское снаряжение есть у всех пятерых.

Габи оставляют в машине, прикрывать отход — она до сих пор нетвердо держится на ногах. Их, вполне вероятно, ждут, поэтому приходится забираться по отвесному обрыву — его не охраняют, считая недоступным — и спускаться оттуда в замок.

Эггзи с Ильей ввязываются в драку на верхнем этаже, отвлекая внимание от подвала, где Рокси устанавливает взрывчатку, а Наполеон ее прикрывает.

Они едва успевают уйти — замок взлетает на воздух, и их едва не накрывает обвалом. Илья уважительно косится на агента Ланселота.

Они пожимают на прощанье руки:

— Отлично поработали! Давайте больше не встречаться! — говорит Наполеон, и они разъезжаются в разные стороны.

Задание выполнено.

Примечания:

*Пулемет ДС-39. У Ильи он был без станка

*В русском дубляже — Большевик, но в оригинале было Peril, что можно перевести как Ходячая Катастрофа

*Яйка — мой перевод имени Эггзи. Реакция тоже моя)))

*Вообще-то, фотоаппарат Бонда позволял только фотографировать в темноте, чтобы узнать, что там было, приходилось проявлять пленку и печатать фотографии. Но гаджеты шестидесятых совершенно безнадежны!

запись создана: 30.08.2016 в 12:12

@темы: кроссовер, творчество, так сказать